Марсело Нтире выступил с последним словом и сказал, что стал жертвой несправедливости

Марсело Нтире выступил с последним словом и сказал, что стал жертвой несправедливости
Марсело Нтире выступил с последним словом и сказал, что стал жертвой несправедливости
19 октября 2018, 11:54ПроисшествияВиталий КошелевФото: Евгения Кошкина / novostivolgograda.ru
Последнее слово - это заключительная стадия процесса перед приговором и возможность подсудимого повлиять на мнение судебной коллегии.

Речь Марсело Нтире была очень эмоциональной и проникновенной. Он рассказал, что получал образование не только в ВолгГМУ, но во Франции, Канаде и Бразилии и за 35 лет, но допустил ни одной небрежности или ошибки.

- Ситуация с Марией Д. это несчастный случай, и не всегда в смерти человека кто-то виноват. Я каждый день прокручиваю эту ситуацию в голове, но я сделал на тот момент, все возможное, - сказал Нтире.

Нтире также отметил, что никто из его коллег, многочисленных экспертов не нашел изъянов в его работе. На его стороне все врачебное сообщество, и судебная практика не знает прецедентов, когда врача судят за анафилактический шок. Минздрав также дал разъяснение в пользу подсудимого. А Марсело Нтире ещё раз подчеркнул, что в кабинете пластического хирурга нет и не может быть анестезиолога-реаниматолога, поскольку для работы последнего необходимы комната пробуждения и медицинские палаты.

Пластический хирург остановился на каждом пункте обвинения. Например, он заявил об отсутствии недомогания у пациентки, отсутствии жалоб у нее. И высказал недоумение, как следствие сделало вывод о наличии пиелонефрита у погибшей по анализу мочи, хотя любой врач скажет, что ее анализы были в норме, что затем подтвердилось и на вскрытии - заболевания почек у Марии Д. не было.

- Данная форма анафилактического шока самая тяжёлая, летальный исход в 90% случаях. В клинике было все необходимон оборудование, даже дефибриллятор. Мы вывели пациентку из первой стадии шока, вколов необходимые препараты. Любой анестезиолог сделал бы тоже самое. Но анестетик продолжал всасываться и спасти пациентку было уже невозможно, - сказал Марсело Нтире.

Обвинение, что нельзя было делать процедуры во время менструального цикла, Нтире назвал вообще нелепым, поскольку перед процедурой липофилинга он не должен проводить пациентке гинекологический осмотр, а Мария Д. подписала перед операцией документы, что она проинформирована в какие именно дни цикла можно проводить хирургическое вмешательство.

В заключительной части последнего слова, пластический хирург заявил о подмене понятий в приговоре первой инстанции и сказал о готовности пройти обследование в любом медучреждении страны. В итоге Нтире попросил приговор отметить.

После выступления Марсело Нтире судебная коллегия удалилась в совещательную комнату и после перерыва вынесет окончательный приговор.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter