Ловись, рыбка, большая? Нет, маленькая!

Интервью
Ловись, рыбка, большая? Нет, маленькая!
Ловись, рыбка, большая? Нет, маленькая!
13 апреля 2017, 19:00Сергей МатанцевФото: pixabay.com
Волга – самая длинная река в Европе, один из символов России. Ее испокон веков называли не иначе, как Волга-матушка. В различных вариантах ее устаревших названий чаще всего встречаются именования «великая» и «щедрая». Щедрая – в первую очередь, на рыбу.

Когда-то в Волге ловились белуги длиной под 4 метра и весом под тонну. Конечно, ловля осетровых сейчас запрещена, но даже в рыбацких байках из Волго-Ахтубинской поймы теперь редко услышишь о сомах на 100 кг.

Как чувствует себя великая река Волга и ее обитатели в XXI веке? В рамках совместного проекта с газетой «Новые Известия», а также нашими партнерами из Казани и Нижнего Новгорода «НовостиВолгограда.ру» задали эти и другие вопросы Сергею Яковлеву, главному ихтиологу Нижневолжского филиала ФГБУ «Главрыбвод». И вот что выяснилось...

Сергей Яковлев, главный ихтиолог Нижневолжского филиала ФГБУ «Главрыбвод»
Фото:Руслан Герасимовnovostivolgograda.ru

Сергей Валентинович, рыба в Волге еще осталась? Рыбаки-любители жалуются на снижение размера особей, на величину улова.

Рыбы стало меньше. И рыбы стало меньше по многим причинам. Основная – та Волга, которая была, ее сейчас уже нет. Волга превратилась в цепочку водохранилищ. Начнем с низовья – Волгоградское, потом Саратовское, Куйбышевское, еще выше - Чебоксарское, Горьковское, Рыбинское. Если пройтись по Каме, то еще Нижне-Камское, Воткинское и Камское водохранилища. Весь каскад полностью превратился в цепочку водохранилищ. В результате изменился гидрологический режим.

На какие виды рыб это повлияло в большей степени?

Во-первых, самое сильное влияние эти изменения оказали на популяцию проходных рыб. Это не только осетровые. У нас Волга и Волго-Каспийский бассейн были очень богаты рыбой. Самые известные – это проходные осетровые породы: белуга, русский осетр, персидский осетр, севрюга. Они доходили до самых верховьев Волги и в Каму высоко поднимались, где и нерестились на каменистых и галечных перекатах. Сейчас они не могут туда пройти из-за плотин. Но и от работающих в плотинах рыбоходов толку нет, потому что им для размножения нужно течение, нужен галечный грунт. А этого сейчас уже не стало. В водохранилищах течения нет, поэтому эффективность нереста будет равна нулю. Наш рыбоподъемник на Волжской ГЭС не работает уже 25 лет, потому что смысла нет пересаживать осетров, которые если даже и доходят, то нереста не будет. Из проходных рыб важно отметить и 2 вида сельди. То, что сейчас в Волге ловят, это измельчавшая форма сельди черноспинки. Раньше крупную черноспинку называли заломом, потому что в бочку она не вмещалась, и ей «заламывали» хвост. Сейчас она стала значительно мельче. Второй вид – это волжская сельдь, она всегда была более мелкая – до полукилограмма, больше не росла. Ее раньше было значительно больше черноспинки. Сегодня она практически исчезла и давно включена в Красную книгу РФ. Вот так сильно на этот вид повлиял новый гидрологический режим. Черноспинка в наши дни часто нерестится прямо под плотиной ГЭС, ей тоже нужно течение. Но, в отличии от осетровых, сельдь нерестится в толще воды – ей грунт не нужен. Поэтому ее популяция как-то еще поддерживается. Третья группа проходных рыб – лососевые. В нее входят: наш каспийский лосось, который тоже поднимался до верховьев Волги и в основном шел в верховья Камы. Из отряда лососевых, семейства сиговых – знаменитая наша белорыбица. Это подвид нельмы. В сибирских реках водится нельма, а у нас белорыбица. Единственная сиговая, которая водится в таких южных широтах. Рыба очень ценная, ее сейчас также внесли в Красную книгу, она на грани исчезновения. Популяция в основном поддерживается за счет искусственного воспроизводства. И еще один вид – каспийская минога, ее раньше было очень много. А сегодня она также внесена в Красную книгу. Минога, как и осетровые, нерестится на перекатах, и то же небольшая популяция поддерживается за счет остатка реки от Волгограда до Астрахани, где нет водохранилища и поддерживается течение.

Строительство плотин ГЭС не только препятствует прохождению рыбы, но и способствовало появлению новых искусственных водоемов с более «тихим» течением. В какой степени это оказало влияние на количество и виды рыб?

Да, изменился сам гидрологический режим. Большую площадь занимают водохранилища, где нет течения. И видовой состав даже местных рыб стал меняться. Стали преобладать формы и виды, которые менее требовательны к течению – озерные рыбы. Это лещ, частично сазан, карась, плотва, окунь и другие. А традиционные для Волги реофильные виды, которые любят течение, такие как голавль, жерех, судак – они уже стали в меньшем количестве встречаться. Определенную компенсацию рыбное хозяйство получило в виде водохранилищ. То есть объем водохранилищ стал больше, чем был объем реки. И первоначальное развитие рыбного хозяйства было достаточно неплохим. Например, Волгоградское водохранилище в год давало до 6,5 тысяч тонн в год, Саратовское – чуть меньше. Это был промышленный лов рыбы во времена СССР. Но даже это не идет ни в какое сравнение по тем потерям, которые мы понесли по проходным видам рыбы.

Многие жители региона отмечают, что в последнее время в водохранилище стало много водорослей, со второй половины лета вода «цветёт». Почему это происходит и как влияет на всю экосистему?

К сожалению, водохранилища, кроме того, что образуют достаточно большое зеркало и объем воды, они еще являются отстойниками. По сути дела, то, что поступает сверху, с полей, с притоков в водохранилищах накапливается – это иловые осадки, различные загрязнения. Из-за того, что увеличивается площадь водоема, происходит повышенный нагрев воды, поступление большого количества биогенов, развитие сине-зеленых водорослей, цветение. Из-за большой площади водохранилищ появляется нагонная волна, размываются берега. Отсюда - дополнительное заиление, зарастание мелководья водохранилища жесткой растительностью, ухудшение качества естественных нерестилищ. И сейчас уже водохранилища из того потенциала, который раньше был, утратили практически половину. Продуктивность водохранилищ упала в 2 и более раз.

Система водохранилищ влияет еще и на паводок. Проблема наполняемости поймы во время паводка - острейшая для нашего региона. Многие видят причину снижения рыбных запасов именно в этом…

Да, и это третий негативный фактор. Ранее весь Волго-Камский бассейн представлял из себя единое целое. Как весной происходил паводок? Шло таяние снегов, вода разливалась, заливалась огромная Волжско-Камская пойма. Паводок держался очень долго – порядка 1,5-2 месяца. Естественно, на эти мелководья рыба из Волги и из Камы выходила на нерестилища, из икры появлялись мальки. Мелководья все были хорошо прогреты, на них развивалась кормовая база, благоприятствующая для развития молоди. После окончания паводка все это плавно перетекало в Волгу. Таким образом, в Волге пополнялись запасы рыбы, плюс огромное количество кормовой базы неслось еще в низовья реки, поступало в Каспий и подпитывало проходные рыбы, которые к тому времени после нерестилища скатывались обратно в Каспий. Это был корм для молоди и для продуктивности самого Каспия. Поэтому и Каспий в свое время давал огромное количество рыбной продукции. Северный Каспий, на взморье, где еще не совсем соленая вода, а только солоноватая – здесь в огромном количестве ловили воблу, лещей, сазанов и судака с красноперкой. И дальше в море это тоже позволяло развиваться, здесь ловили колоссальное количество знаменитой каспийской кильки, ловили сельдь и другую рыбу. Это все был один комплекс. Разработав систему водохранилищ, мы нарушили эту целостную систему. И теперь то количество биогенных веществ и количество кормовой базы, которое поступало вниз, значительно уменьшилось. Соответственно, и обратная отдача в виде потока проходных рыб наверх уменьшилось. Это справедливо и для Волго-Ахтубинской поймы, которая является «детсадом» для рыб. У нас более 80% рыб размножаются на пойменных нерестилищах. Соответственно, они выходили из реки на пойму, размножались, развивалась кормовая база, молодь. Все это скатывалось в ерики, в Волгу, в Ахтубу. Поэтому рыбы было много. Сейчас пойма стала заливаться на гораздо меньшую площадь, на меньшее по продолжительности время. Все это накладывается друг на друга. Плюс большое подспорье было в виде озер и протоков. Но с уменьшением объема воды уменьшилась их проточность и их промывка. Они стали заиливаться, зарастать жесткой растительностью. Уменьшились их площадь и объем.

Ваш филиал «Главрыбвода» занимается искусственным воспроизводством рыбы. Каковы объемы производства? И поможет ли это увеличить количество рыбы в Волге?

Что касается искусственного воспроизводства, то мы занимаемся разведением только осетровых пород. Главный объект – русский осетр, на втором месте – стерлядь. Круглый год мы содержим ремонтно-маточные стада. Получаем каждую весну от них икру. Из нее инкубируем личинок, затем выводим молодь. И в июле мы подросший молодняк выпускаем в Волгу. Далее они скатываются в сторону Каспия. Каждый год мы выпускаем порядка 3 млн молоди. 95% - русский осетр и примерно 5% - стерлядь.Наш завод как объект компенсации был построен вместе с Волжской ГЭС. Раньше объемы были больше. Ежегодно выпускали до 7-8 млн и даже до 10 млн особей. Но тогда не было проблем с производителями. Тогда сюда еще поднимались десятки тысяч осетровых, поймать производителей проблемой не было. Тогда и белугу, и севрюгу производили.

Разведение осетра
Фото:novostivolgograda.ru

Насколько сегодня в нашем регионе развит промышленный лов рыбы?

Промышленный лов рыбы у нас развит вовсю, но смотря где. В Волге промышленный лов был запрещен с момента строительства ГЭС. Потому что это место размножения осетровых и других проходных рыб. Здесь разрешалось работать 1-2 артелям, которые обеспечивали заготовку производителей для рыбзавода, а остальной прилов шел в промышленную переработку. А вот в Волго-Ахтубинской пойме, в Волгоградском и Цимлянском водохранилищах, на Дону, в водохранилищах Волго-Донского судоходного канала – Береславском, Варваровском и Карповском - там всегда производился лов рыбы. И сейчас проводится. В пойме после 2006 года, когда она практически вся высохла, наступил так называемый экономический перелов. То есть теперь здесь затраты на ловлю рыбы выше, чем выручка от ее продажи. Здесь остались карась, красноперка и окуньки. Эта рыба не дорогая, а затраты на ее лов очень большие. Рыбаки работают на промысловых участках всех перечисленных водохранилищ. Очень много артелей, на Цимле особенно. А вот на Дону промысел сильно подсократили. На всем Цимлянском водохранилище (Волгоградская и Ростовская области) – ловят 7-8 тысяч тонн рыбы ежегодно. Это промысловая хорошая рыба. На Волгоградском водохранилище целиком (Волгоградская и Саратовская области) ежегодный объем выловленной рыбы – 2-2,5 тысяч тонн.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter