Паршин и Михеев: два беглеца-удальца волгоградской политики, которых никто не ищет
Аналитика

Паршин и Михеев: два беглеца-удальца волгоградской политики, которых никто не ищет

29 февраля , 22:19Виталий КошелевPhoto: novostivolgograda.ru
Вот уже почти четыре года экс-лидеры волгоградских коммунистов и эсеров успешно скрываются от следствия, проходя по уголовным делам в многомиллионных финансовых махинациях и мошенничестве.

На каждого из них есть розыскные листы и даже решения о заочном аресте, но по региональным меркам vip-персон правоохранители ищут не очень охотно, поскольку совсем уж вопиющей наглости открыто перемещаться по родному региону беглецы не позволяют и большую часть времени проводят за границей, где не столь узнаваемы.

Сельская школа «выгнавшая» Паршина из России

В отличии от Ленина, поборовшего неграмотность в советской России, в самых ее дремучих уголках, экс-лидер волгоградских коммунистов, по мнению следствия, в 2014 году приложил руку к тому, чтобы образовательный процесс для нескольких десятков школьников в селе Рахинка был максимально затруднен, и они были вынуждены ездить за знаниями в соседний населенный пункт. Конечно, это «вредительство» косвенное. Николай Паршин обвиняется в том, что поучаствовал в афере со зданием школы в Рахинках. И совершил коррупционное преступление вместе с главой районной администрации Сергееем Тихоновым, директором фирмы Сергеем Чекунковым и начальником управления финансов администрации городского округа — города Волжского Андреем Уваровым. Естественно, должности фигурантов были актуальны на период совершения преступления. Мошенники сначала продали здание за бесценок коммерческой фирме Чекункова, а затем выкупили в сто раз дороже — за 25 млн рублей бюджетных денег, обещав сделать ремонт и запустить «такой необходимый для школьников» образовательный процесс.

Но школа до сих пор стоит недостроенная, а Николай Паршин, по данным следствия, за лоббирование вопроса о выделении 25 млн рублей разбогател на 11 млн рублей. Правда, другие менее злые языки утверждали, что Паршин, как и вождь мирового пролетариата, действительно ратовал за образование, и друзья-мошенники использовали его втемную. Зато, когда авторитетного по региональным меркам политика Паршина нужно было под любым предлогом «дисквалифицировать» и снять с гонки за кресло одномандатника на выборах в Госдуму, история со школой пришлась очень кстати.

Косвенно в пользу второго варианта говорит очень вялая позиция правоохранителей по розыску Паршина. В частности, когда весной 2017 года в Волжском городском суде шел суд, где экс-лидер волгоградских коммунистов был обвиняемым, друзья и знакомые политика могли свободно до него дозвониться, тот не скрывал, что официально и под своим именем находится в одной из московских больниц.

Сделать это удалось и корреспондентам издания «НовостиВолгограда.ру». В апреле 2017 года мы связывались с Николаем Паршиным по скайпу, и была договоренность на публикацию интервью. Однако затем адвокаты не захотели его обнародования, что через СМИ не «давить» на суд накануне процесса. Интервью так и осталось не опубликованным, но сейчас считаем возможным привести некоторые его фрагменты.

— Когда был вопрос о моем аресте и розыске... Я тогда сидел в своем кабинете в Государственной Думе, а мне звонят журналисты и говорят: Николай Алексеевич, а вы в розыске. Я спрашиваю — кто меня потерял, говорят, что следствие. Хотя мы со следователями за неделю до этого разговаривали по телефону, обсуждали… Есть задача меня «закатать», вот они эту задачу выполняют. Сейчас суд начался, тоже с нарушением УПК. У меня были сомнения, я хотел приехать, побороться, выступить. Но мне сразу сказали, если ты наивный дурак, то так и поступай. Я не верю в правосудие в Российской Федерации, в Волгоградской области особенно. Николай Паршин (апрель 2017 г.)

В 2017 году ведомства, занимавшиеся розыском, должного усердия не проявили. Более того, Паршину не была даже вручена копия обвинительного заключения, что стало затем поводом для возвращения дела из Волжского суда в прокуратуру, и только в апелляции решением уже суда областного дело буквально на днях в середине февраля опять вернулось в суд города-спутника на новое рассмотрение.

Обвинение депутату Госдумы шестого созыва от КПРФ Николаю Паршину согласно юридической формулировке очень серьезное — мошенничество в составе организованной преступной группы в особо крупных размерах. Однако с учетом того, что экс-депутат был лишен неприкосновенности еще пять с половиной лет назад — 4 июля 2014 года, весной 2017 официально объявлен в розыск, но за три года так и не найден, стоит ли ему чего-то опасаться?

По неофициальной информации, Николай Алексеевич может находиться на территории одной из бывших советских республик, жителей которой часто высмеивают в анекдотах за медлительность и неторопливость. Достаточно спокойное место для уставшего от политической борьбы и преследования правоохранителей экс-депутата. Да и сам Паршин в том самом неопубликованном интервью признавался, что фактически завершил свою политическую карьеру: «Что касается моей политической карьеры — то я хотел бы сконцентрироваться на общественной и благотворительной деятельности. Помогать людям в той или иной сфере их деятельности. Политикой я уже настолько назанимался, что уже тошно».

Миллиарды Михеева

Розыскная история Паршина как две капли воды похожа на ситуацию с другим экс-депутатом Государственной Думы Олегом Михеевым, уголовные дела против которого приостановлены за розыском.

Причем Михеев даже еще более злостный уклонист от судебных заседаний, поскольку и различных финансовых махинаций ему вменяется сразу несколько. Уголовное дело в отношении Михеева возбудили с согласия депутатов ГД. За почти 4 года скитаний Михеева суды неоднократно выносили решения — разыскать и доставить на процесс. Долгое время комфортное легальное перемещение по стране и за границу постоянно не вылезающему из судов (не лично, а посредством юристов) Михееву обеспечивала депутатская неприкосновенность. Когда же она пала, выяснилось, что Михеев стал более уязвимым с точки зрения закона, что, однако, компенсировалось его неуловимостью для служителей Фемиды.

В частности, на процесс в Советском суде Волгограда в 2017-м году ныне беглый экс-политик не явился ни разу, что стало поводом для его принудительного привода, а затем и розыска. На том процессе бывшему депутату Госдумы РФ от фракции «Справедливая Россия» Михееву изначально вменялось покушение на хищение более чем двух млрд рублей Промсвязьбанка, а также хищение объектов Волгоградского моторостроительного завода на сумму свыше 500 миллионов рублей.

Сам экс-депутат вину в инкриминируемых преступлениях не признает. Усиленные поиски его начались зимой прошлого года, но так ни к чему и не привели, хотя ряд волгоградских Telegram-каналов писали, что Олега Михеева не раз видели в известных заведениях областного центра.

А летом 2019 года еще один вердикт вынес Басманный районный суд Москвы, который удовлетворил требования Следственного комитета по заочному аресту экс-лидера волгоградского отделения «Справедливой России». По данному эпизоду Олег Михеев обвиняется в мошенничестве на 172 млн рублей (по версии следствия, он их взял в кредит и не вернул Номос-банку), что является особо крупным размером, а значит по ч.4 ст. 159 УК РФ — «Мошенничество, совершенное организованной группой в особо крупном размере» экс-депутату Госдумы грозит до 10 лет лишения свободы.

По неофициальной информации Михеев может находиться на территории Северного Кипра, где коротает время другой наследивший в Волгограде бизнесмен — беглый олигарх и экс-владелец предприятия «Красный Октябрь» Дмитрий Герасименко.

Самоуверенность Пабло Эскобара

Один из самых известных эпизодов биографии колумбийского наркобарона — его совместное фото с любимым сыном, которому он дал обещание провести экскурсию по американским достопримечательностям, и исполнил его. Бесстрашного Пабло не смутило, что на тот момент он был самым разыскиваемым преступником в мире, а США особенно «точили на него зуб» за наводнение кокаином сразу нескольких штатов.

Ни в коем случае не будем проводить параллели между наркобароном и волгоградскими экс-политиками беглецами, вина которых, к слову, не доказана. Однако зададимся резонным вопросом: почему в случае с обычными гражданами скрывающихся достают «из-под земли», а для ВИПов допускается послабление?

— Никто их не ищет. Это еще одно доказательство, что в нашей стране действуют не законы, а понятия. Если бы действовал закон, и его добросовестно исполняли, их бы давным-давно задержали и доставили в суд. Но поскольку это никому не надо, все, кто за их поимку отвечает, работают из рук вон плохо и не могут довести дело до конца. Если бы была цель поймать, то оба сидели бы за решеткой и ждали суда. Но, видимо, такой цели нет. Я предполагаю, это мое личное мнение, что есть какие-то коррупционные схемы, по которым люди что-то «дают» и от них на время отстают. Потом волна интереса поднимается, они опять откупаются. Армен Оганесян, член областного штаба ОНФ

Могут ли фигуранты уголовных дел дотянуть до даты, когда по их УД истечет срок давности, канут в лету финансовые документы или по разным обстоятельствам не смогут прийти на заседание свидетели? Наконец, каким образом оба сделали для себя прозрачными международные границы и, по не официальной информации, перемещаются по миру? Пока эти вопросы остаются чисто риторическими, а наши размышления теоретическими, но, надеемся, правоохранительные органы заинтересованы в том, чтобы на практике своими профессиональными действиями дать на них ответы.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter