В шоке от ювенальных законов: как волгоградка борется за своих детей в Испании

Аналитика
В шоке от ювенальных законов: как волгоградка борется за своих детей в Испании
В шоке от ювенальных законов: как волгоградка борется за своих детей в Испании
14 марта, 07:00Виталий КошелевФото: novostivolgograda.ru
33-летняя уроженка Волгограда Екатерина В., состоящая в официальном браке с испанским подданным, имеющая вид на жительство, полную семью и все условия для воспитания детей, может лишиться права опеки над двумя дочерьми — 5 лет и шести месяцев.

Произойдет это в том случае, если ювенальная служба сочтет — детям будет лучше в приемной испанской семье или интернате.

Кошмар любой матери — угроза, нависшая над детьми. На чужбине, в данном случае в Испании, где, как выяснилось, радикальный подход к решению ситуации с проблемными детьми и недисциплинированными или только попавшими под подозрение родителями, последние перед лицом местных законов имеют совсем мало аргументов, чтобы доказать свою правоту.

Об угрозе, которая нависла над семейным счастьем, Екатерина рассказала, обратившись в редакцию издания «НовостиВолгограда.ру».

Дети не ваши, а государства

Екатерина четвертый год проживает в небольшом испанском городке в провинции Кантабрия. У нее с мужем-испанцем трое детей. Точнее было трое. До ноября прошлого года.

— Мы воспитывали троих детей. Две моих девочки — старшая Ксения 5-ти лет от русского мужа родилась еще в Волгограде, пятимесячная Вероника — это наш общий с Патрисио ребенок и его старшая дочь от первого брака 13-летняя Андреа. Именно из-за постановки старшей девочки на учет начались проблемы у всей нашей семьи.

По российским меркам проявляющая бунтарский характер и юношеский максимализм Андреа не сделала чего-то из ряда вон выходящего. Вряд ли в России ее бы даже поставили на учет в ПДН. Но в Испании прогулы школы и возвращение домой между 22 и 23 часами вечера, тогда как положено строго к 20:00, привели к предупреждению, затем постановке на учет, наконец, к изъятию ребенка из семьи и помещению в интернат. Крайнее событие случилось в начале февраля этого года.

13-летняя Андреа справа
Фото:novostivolgograda.ru

— Условия содержания в интернате не самые лучшие. В Испании местная пресса не раз поднимала тему сексуального насилия над ученицами. У моего мужа есть только 10 минут в неделю на телефонный разговор. Личные визиты даже не каждый месяц. Сколько продлится эта ссылка, никто не знает. Сначала говорили о годе «перевоспитания», теперь уже о двух.

Ярлык «опасная мать»

Как только изъяли из семьи старшую девочку, специальные службы, по словам уроженки Волгограда, стали присматриваться к младшим детям. С Екатерины и ее мужа стали требовать различные справки, связанные с анализами на алкоголь и наркотики. Необходимые пробы родители сдали в местной поликлинике. Но их у семьи не приняли. Специалисты ювенальных служб настаивают на проведении анализов в специальных лабораториях ювенальной службы.

— По сути, со стороны ювенальных служб идет плотный прессинг. Меня лично, судя по отношению, записали в психопатки и алкашки. Говорят, что есть психологическое давление на детей, а младшей дочери я не даю достаточно времени для отдыха. Хотя соответствующая бумага пришла из соседнего города. Откуда они могу знать?! Есть даже такой термин «опасная мать». Плюс постоянные претензии и требования принять их специалистов под предлогом оценить условия жизни детей. Мы не против показать, что у нас нет никаких проблем — дети одеты, накормлены, — рассказала Екатерина В. — Но я успела узнать много семей, где тоже все было неплохо и ничего не предвещало беды. Но потом к школе неожиданно приезжали соцработники вместе с полицейскими и забирали детей с ордером, хотя никаких судов не было, по крайней мере, родителей о них не извещали и они на разбирательствах не присутствовали. Или же детей забирают прямо из дома. Хотя формально цель визита, как сейчас объясняют и нам — просто посмотреть условия жизни.

Поводом для изъятия ребенка из семьи может стать фактор, который человеку с российским менталитетом покажется несущественным. Во всяком случае, для такого рокового поворота в судьбе как ребенка, так и родителя. Например, отца могут поймать на курении травки и тогда закрутится механизм постановки на учет и плотного наблюдения. Или ребенок будет капризно вести себя в школе, например, нарушать санитарный режим и не носить маску в пандемию. Особенно много претензий к эмигрантам. Естественно, не все из них обустроились в фешенебельных районах. Многие сводят концы с концами, а это, хороший повод для придирок социальных служб, говорит Екатерина.

— Не подумайте, что везде вижу заговор с торговлей детьми на органы и так далее. Хотя такие сценарии тоже проскальзывают в испанской прессе. Но совершенно точно могу заявить вам, что ювенальные службы финансово заинтересованы в изъятии детей. Особенно совсем маленьких, не сформировавшихся — до 5-6 лет, которые потом не вспомнят биологических родителей. В этом случае велика вероятность, что здоровый мальчик или девочка попадут в приемную испанскую семью. А работа «ювеналов» в этом случае премируется. Пишут различные цифры. Но в основном речь о 60-80 тысячах евро, которые получают лица, изъявшие ребенка. Не знаю официально это или нет. Но совершенно точно, что на содержание таких приемных детей государство выделяет от 4 до 8-ми тысяч евро ежемесячно. Их получают опекуны.

Кровная семья — лучшая среда воспитания ребенка

Такой подход, когда государство, как в Испании, при малейшей проблеме изымает ребенка у родителей в корне противоречит российскому, где ставка делается на защиту прав ребенка, но внутри кровной семьи, говорит детский омбудсмен в Волгоградской области Нина Болдырева.

В России придается равнозначная ценность интересам кровной семьи и прав ребенка. Всегда ищутся потенциальные возможности, чтобы выйти из сложной ситуации, если родители ведут себя неправильно. Поводом для немедленного изъятия ребенка из семьи по ст. 77 Семейного кодекса могут стать только очень серьезные обстоятельства — телесные повреждения и синяки разной степени давности, что значит, ребенка регулярно бьют. Или, например, опасные условия проживания — когда в квартире оголенные провода или что-то подобное. Но опять же, здесь также нельзя перегибать палку и четко оценивать реальную угрозу для жизни и здоровья ребенка. Например, в 2015–2016 годах немедленному изъятию в регионе ежегодно подвергались порядка 80 детей. Однако, после поручения Президента и создания мониторинговых групп, которые исследуют каждый такой случай до мельчайших деталей, подход стал более бережный с точки зрения семьи и рассудительный. Сейчас это 10-11 случаев в год. Нина Болдырева, уполномоченный по правам ребенка в Волгоградской области

Хотя и в нашей стране четверть века назад был более радикальный подход в контексте защите прав ребенка. Нина Болдырева помнит лихие 90-е годы, когда только в Волгоградской области ежегодно родительских прав лишались около 2 тыс. человек. Сейчас это число в районе 300. То есть вся система профилактики заточена не на карательный вектор, а на то, чтобы сохранить семью.

За рубежом, как я знаю, считают, что при малейшей спорной ситуации безопаснее всего для ребенка изъять его из семьи, и пусть он на время разбирательства находится под опекой государства. Во многих западных странах именно такая практика — защита прав ребенка в отрыве от родителей. Что же касается проблем именно у волгоградцев, то ежегодно — это один-два случая, когда у уроженцев нашего города возникают проблемы с органами опеки или ювенальными службами. Здесь наши возможности больше консультативные, — уточнила Нина Болдырева. — Поэтому нашим соотечественникам, оказавшимся на территории другого государства, я могу посоветовать при малейшей угрозе или неразберихе обращаться к российские уполномоченные органы, мы всегда оперативно передаем информацию, и такие родители немедленно получают помощь из консульства.

Когда материл уже был написан, и наша редакция готовила его к выпуску, из Испании от Екатерины В. пришла еще одно новость. Молодая женщина сообщила, что материнское чутье подсказало ей — с учетом вышеизложенного и навязчивого внимания ювенальных служб к детям дальнейшее пребывание в Испании для ее семьи опасно. Тем более, что на звонок в консульство в Мадриде ответили в духе российских правоохранительных органов: «У вас же пока не случилось какого-то ЧП? Звоните, когда произойдет». Поэтому Екатерина приняла решение, по крайней мере на время, вернуться в Россию. Где семейные ценности и важность воспитания ребенка кровными родителями - в приоритете.

Сюжеты:
Эксклюзив
Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter